Грамматика речи человека в экстремальной ситуации

Грамматика речи человека в экстремальной ситуации

1.Коммуникативные стратегии как компонент речевого воздействия

1.1Теория и виды речевого воздействия

Истоки речевого воздействия следует искать в глубокой древности. Трудно сказать, когда впервые человек стал рефлексировать по поводу собственной речи — оценивать свои успех и неудачи, искать, как наиболее эффективно выразить свои цели или — что отнюдь не исключение — их скрыть. В современном мире каждый говорящий время от времени задумывается над этим, подчас не подозревая, что он занимается риторическим анализом:

Зачем он мне это сказал? Зря я так ответил.… Надо было иначе выразиться.

Это говорит о том, что у нас присутствует понимание (хотя далеко не всегда осознаваемое) речи деятельности. И, как всякая другая деятельность, она имеет результат — положительный или отрицательный. Любой говорящий рассчитывает, что его речевые усилия не окажутся напрасными: он сообщит некую информацию, убедит в чем-то своего собеседника, произведет на него благоприятное впечатление и т.д.

Таким образом, распространяя представление о деятельности на речь, мы, как и наши далекие предки, на практике подтверждаем основы риторической теории.

Речевое воздействие — это человеческое общение, взятое в определенной аспекте, и одновременно область исследования процессов воздействия людей друг на друга в ходе их общения. (Оптимизация речевого воздействия, 1990, 5)

Становление науки о речевом воздействии — яркая примета современного развития гуманитарного научного знания, ориентированного на практические потребности общества. Эта наука о выборе подходящего, адекватного способа речевого воздействия на личность в конкретной коммуникативной ситуации, об умении правильно сочетать различные способы речевого воздействия в зависимости от собеседника и ситуации общения для достижения наибольшего эффекта. Изучение правил и приемов эффективного речевого воздействия и популяризация этих сведений — важнейшая задача сегодняшнего дня.

Как отмечают авторы коллективной монографии (Оптимизация речевого воздействия, 1990, 5) целесообразно различать речевое воздействие в широком и узком смысле. В широком смысле речевое воздействие — это любое речевое общение, взятое в аспекте его целенаправленности, целевой обусловленности, это речевое общение, описанное с позиции одного из коммуникантов, когда он рассматривает себя как субъект воздействия, полагая своего собеседника объектом. Быть субъектом речевого воздействия — это значит регулировать деятельность своего собеседника, так как при помощи речи мы побуждаем другого человека начать, изменить, закончить какую-либо деятельность или создаем у него готовность к совершению той или иной деятельности, когда возникает необходимость.

Речевое воздействие в узком смысле — это речевое общение в системе средств массовой информации или агитационном выступлении непосредственно перед аудиторией. В узком смысле речевое воздействие отличает прежде всего то обстоятельство, что оно обычно используется в структуре координатных социальных отношений, когда коммуникантов связывают отношения равноправного сотрудничества, а не формальные или неформальные отношения субординации. В первую очередь речевое воздействие в настоящее время следует связывать с функционированием СМИ. (Оптимизация речевого воздействия, 1990, 5)

Различают два основных аспекта речевого воздействия — вербальный и невербальный.

Вербальное (от латинского verbum, слово) речевое воздействие — это воздействие при помощи слов. При вербальном воздействии воздействующими средствами являются собственно языковые средства, и успешность воздействия зависит от их подбора, расположения, интонации, содержания выражаемой ими мысли (например, какой аргумент подобран, какая тактика ведения диалога избрана и др.).

Невербальное воздействие — это воздействие при помощи несловесных средств, которые сопровождают нашу речь (жесты, мимика, поведение вовремя речи, внешность говорящего, дистанция до собеседника и др.).

Правильно построенное вербальное и невербальное воздействие обеспечивают эффективность общения. (Стернин, 2001, 52)

Совокупность типовых вербальных или невербальных, а иногда и тех и других сигналов, влияющих на эффективность общения, определяется как фактор общения. Факторы речевого воздействия — это типы коммуникативных сигналов или приемов, используемых в речевом воздействии. (Стернин, 2001, 53)

И.А. Стернин выделяет следующие основные факторы речевого воздействия:

.Фактор внешности

.Фактор соблюдения коммуникативной нормы

.Фактор установления контакта с собеседником

.Фактор взгляда

.Фактор физического поведения вовремя речи (движение, жесты, позы)

.Фактор манеры (дружелюбие, искренность, эмоциональность, немонотонность, воодушевление)

.Фактор размещения в пространстве

.Фактор содержания

.Фактор языка

.Фактор объема сообщения

.Фактор расположения фактов и аргументов, идей

.Фактор времени

.Фактор количества участников

.Фактор адресата (Стернин, 2001, 53)

Наименее изучены в настоящее время факторы говорящего и адресата, а наиболее изучен фактор сообщения, особенно в том, что касается его построения и средств языкового выражения мысли. В речевом воздействии все факторы обычно действуют совместно и разграничить их бывает можно лишь теоретически.

Также, наука о речевом воздействии представляет собой науку об усилении коммуникативной позиции личности в процессе общения, защите личностью своей коммуникативной позиции и приемах ослабления коммуникативной позиции собеседника. Под коммуникативной позицией говорящего понимается степень коммуникативной влиятельности, авторитетности говорящего по отношению к его собеседнику. Это относительная эффективность его потенциального речевого воздействия на собеседника. Коммуникативная позиция человека может изменяться в разных ситуациях общения, а также по ходу общения в одной и той же коммуникативной ситуации.

Неотъемлемым компонентом коммуникативного акта является обратная связь, которая обеспечивает нормальное течение диалога. Любое общение по своей сути диалогично, даже если это внутренняя речь, обращенная к самому себе. Управление организацией диалога включает контроль за инициативой, пониманием, темой и манерой речи. Указанные аспекты могут быть описаны как стратегии контроля диалогического взаимодействия. В реальном речевом взаимодействии обратная связь может быть вербализована либо выражаться паралингвистически — жестами, мимикой, зрительным контактом. (Иссерс, 2011, 26)

По установке на речевые действия, по типу речевых действий, взятому в аспекте иллокуции в рамках классификаций речевых актов и речевых жанров, различаются следующие виды речевого воздействия:

социальное (социальные неинформационные речевые акты, предполагающие виртуального адресата, клишированные высказывания: приветствия, клятвы, молитвы);

волеизъявительное (речевые акты выполнения воли адресанта: приказы, просьбы, отказы, советы и т.д.);

информационно-разъяснительное (речевые акты, несущие информацию и ее толкование: объяснение, доклад, сообщение, признание);

эмоционально-оценочное (речевые акты, устанавливающие общественные морально-правовые, межличностные субъективно-эмоциональные отношения: порицание, похвала, обвинение, оскорбление, угроза).

Перлокутивный критерий (реакция адресата) положен в основу выделения следующих видов речевого воздействия (Почепцов, 2001, 91):

оценочного (изменение отношения субъекта к объекту, коннотативного значения объекта для субъекта);

эмоционального (формирование общего эмоционального настроя);

рационального (перестройка категориальной структуры индивидуального сознания, введение в нее новых категорий).

По ориентации на собеседника можно разграничить личностно и социально ориентированное речевое воздействие (Леонтьев, 1972, 29).

Личностно ориентированное речевое воздействие направляется непосредственно на слушающего говорящим, который выстраивает образ своего собеседника для достижения желаемого эффекта. При социально ориентированном воздействии говорящий строит образ не каждого собеседника, а обобщенный образ группы как целого, который ему также необходимо учитывать для удачного речевого воздействия. Каждый из указанных видов речевого воздействия может способствовать регуляции деятельности собеседника и изменению его поведения.

Таким образом, речевое общение и речевое воздействие — это совместная деятельность коммуникантов, в процессе которой они взаимно регулируют действия, управляют мыслительными процессами, корректируют модель мира партнера. Всякое использование языка предполагает воздействующий эффект. Сложный, многофункциональный механизм речевого воздействия работает в процессе любого акта вербальной коммуникации.

1.2 Речевые стратегии и их классификация

Речевые стратегии выявляются на основе анализа хода диалогового взаимодействия на протяжении всего разговора. Мельчайшая единица исследования — диалоговый «шаг» — фрагмент диалога, характеризующийся смысловой исчерпанностью. Число таких «шагов» в диалоге может быть различным в зависимости от темы, отношений между участниками общения и от всех прагматических факторов (Граудина, Ширяев).

Речевую стратегию определяет макроинтенция одного (или всех) участника диалога, обусловленная социальными и психологическими ситуациями. Стратегия связана с поисками общего языка и выработкой основ диалогического сотрудничества: это выбор тональности общения, выбор языкового способа представления реального положения дел. Выработка стратегии осуществляется всегда под влиянием требований стилистической нормы.

Речевые стратегии соединяют в диалоге элементы игры и ритуального речевого поведения (традиционные реплики, паузы, поговорки я «дежурные» темы, например о здоровье, о погоде). Игра — это также повторяющаяся модель речевого поведения в рамках стилистической нормы, она может быть сугубо стереотипной или представлять собой отступление от стереотипа поведения.

По отношению участников диалога к такому принципу организации речевого общения, как солидарность, или кооперация, речевые стратегии можно разделить на кооперативные и некооперативные.

К кооперативным стратегиям относятся разные типы информативных и интерпретативных диалогов; например, сообщение информации (инициатор — активный участник диалога); выяснение истинного положения вещей (спор, обмен мнениями по какому-либо вопросу; активны все участники); диалоги с ожиданием ответной реплики инициатором диалога и «диалоги», исключающие ответные реплики (к первому разряду относятся просьба, совет, убеждение, увещевания; ко второму — требование, приказ, рекомендация). Точную характеристику виду диалога дают глаголы, прямо выявляющие цель речи инициатора, — прошу, советую, умоляю, требую и т.д.; выражения благодарности, признания в любви, извинения, выражение сочувствия, симпатии, дружеских чувств, комплименты.

К некооперативным стратегиям относятся диалоги, в основе которых лежит нарушение правил речевого общения — доброжелательного сотрудничества, искренности, соблюдения «кодекса» доверия, например: конфликты, ссоры, перебранки, претензии, угрозы, проявление агрессии, злобы, ирония, лукавство, ложь, уклонение от ответа. (Граудина, Ширяев)

Речевые стратегии намечают общее развитие диалога, которое полностью выявляется только в заключительных репликах, так как определенных правил «управления» разговором нет и любой параметр прагматических характеристик речевого общения может оказать существенное влияние на результат диалога. Кроме того, выбранные рамки стилистики общения диктуют «сюжетные повороты» разговора и способы выражения.

Зернецкий В.П. также выделяет так называемые коммуникативные стратегии, которые понимают, как «творческую реализацию коммуникантом плана построения своего речевого поведения с целью достижения общей (глобальной) языковой (или неязыковой) задачи общения» (Зернецкий, 1988, 40). Коммуникативная стратегия обусловливает определенную последовательность действий говорящего в соответствии с планом (в случае волевого поведения) или установкой (в случае импульсивного поведения), задает однозначное прочтение смысла речевого поступка. Таким образом, в общем виде коммуникативная стратегия представляется совокупностью действий, организованной некоторой целью.

Ю.А. Мартынова выделяет в коммуникативной стратегии производимое социальное действие, которое создает новый или поддерживает старый способ коммуникации (Мартынова, 2009). Также, она отмечает, что исследователями выделяются три основных типа коммуникационных стратегий, концептуально описывающих основные социальные процессы, порождающие коммуникационные действия. К ним относятся презентация, манипуляция и конвенция. Они отличаются по уровню открытости, симметрии и способу производимой коммуникации: презентационный тип является пассивной коммуникацией; манипуляционный — активной коммуникацией, конвенциональный — интерактивной коммуникацией. Точно так же основными средствами являются: для презентации — послание, для манипуляции — сообщение, для конвенции — диалог.

Коммуникативная стратегия манипулирования является наиболее часто используемой для коммуникативной тактики. Манипулирование — это воздействие на человека с целью побудить его сообщить информацию, совершить поступок, изменить свое поведение и т.д. неосознанно или вопреки его собственному мнению намерению (Стернин, 2001, 66). В случае манипулятивного речевого воздействия перед воздействующим субъектом стоит две цели: побудить манипулируемого совершить некое действие и обязательно определенным образом интерпретировать для него текущую коммуникативную ситуацию. (Денисюк, 2003,119)

Осуществляя манипуляционную коммуникацию, ее создатели ставят целью управление ситуацией через управление поведением людей. Е.В. Денисюк отмечает в коммуникативной стратегии манипулятора некую двойственность коммуникативной цели — стремление удовлетворить собственную потребность, используя потребность манипулируемого, и не обнаружить при этом конфликт интересов.

При манипулятивном общении внешний смысл слов, обращения или действия по отношению к другому человеку не совпадает со смыслом внутренним. Внешний смысл слов, как правило, является невинным, не содержащим какого-то ущемления потребностей другого человека, зато внутренний смысл несет содержание, подводящее этого человека к тому, что хочет от него автор манипулятивного воздействия. Получается, что человек, которым манипулируют, делает то, что нужно его партнеру по общению, будто бы сам это выбирая. В действительности его к этому выбору мягко подвели, и этот его выбор является несвободным и неосознанным.

Отличие манипулятивного общения от других способов общения состоит в том, что при манипуляции, кроме явного и открытого мотива есть скрытый мотив, расчет или подтекст.

Примером манипулятивного общения может быть следующая ситуация: в магазине покупатель выбирает товар, нерешительно рассматривая то более дешевые, то более дорогие вещи.

Продавец:

Эта модель лучше, но она, пожалуй, дороговата для вас.

Покупатель:

Вот ее-то я и возьму.

На внешнем уровне продавец констатировал некоторые правдивые факты: высокое качество вещи и невысокие финансовые возможности покупателя. Скрытый смысл этого манипулятивного общения — расчет на желание покупателя хотя бы перед продавцом (и значит, в какой-то мере перед собой) выглядеть респектабельно. Покупатель взял дорогую вещь, погладив свое самолюбие и утерев (как ему кажется) нос продавцу.

Также, манипуляционные стратегии коммуникации особенно характерны для таких способов структурирования информации, как идеология, пропаганда и реклама.

Целью конвенциональной коммуникационной стратегии является обеспечение коммуникации между различными участниками общения (например, разными социальными группами гражданского общества), и достижение конвенции, то есть такого содержательного договора, который позволит коммуникантам, с одной стороны, воплощать в жизнь практические задачи (реализовывать какой-либо проект), а с другой — будет воспроизводить конвенциональный коммуникационный процесс в дальнейшем и противостоять манипуляционным коммуникационным стратегиям. (Мартынова, 2009)

Задачей презентационной стратегии является сообщение знания. При этом коммуникационная среда, в которой происходит общение, может оставаться неизменной, а понимания авторы сообщения пытаются добиться за счет представления целостной картины мира. В таком случае презентационная стратегия выступает тактической задачей в ходе реализации конвенциональной стратегии — знание передается в форме сообщения. Знание может преподноситься как обсуждение или рассуждение, что предполагает взаимодействие участников общения.

Таким образом, коммуникативное воздействие (как манипулятивное, так и конвенциональное и презентационное) направлено на разные уровни сознания адресата: на знания (когнитивный), отношения (аффективный) и намерения (конативный). Способы воздействия коммуникативных и речевых стратегий также различаются: можно влиять на сознание путем выстраивания рациональной аргументации (убеждение), через эмоциональную сферу (вызов чувственной реакции), или воздействуя на подсознание (суггестия), осуществляя данное воздействие с помощью вербальных (речевое воздействие) или невербальных средств.

1.3 Типология иллокутивных целей (речевых интенций)

Понятие интенции имеет давнюю историю, поскольку появилось еще в средневековой схоластике и обозначало намерение, цель и направленность сознания, мышления на какой-нибудь предмет. Сам термин «интенция» был введен в современную лингвистику последователями Дж. Остина, одного из создателей теории речевых актов, с целью достижения более высокой точности в описании иллокуции, иллокутивной функции и иллокутивной цели.

С.В. Мощева склоняется к определению, согласно которому интенция понимается как потенциальное или виртуальное содержание высказывания, то есть, речевая интенция представляет собой намерение говорящего сообщить нечто, передать в высказывании определенное субъективное значение. (Мощева, 2011, 223)

Иллокутивная цель — это установка на определенную ответную реакцию адресата, которая сообщается ему в высказывании (Серль, 1986, 182).

Джефри Нейл Лич выделяет четыре типа иллокутивных функций, в зависимости от того, как они связаны с социальной целью установления и поддержания ровных отношений между людьми:

конкуренция, когда иллокутивная цель конкурирует с социальной целью, например: приказ, вопрос, просьба;

совпадение, когда иллокутивная цель совпадает с социальной ролью, например: предлагание, приглашение, приветствие, благодарение, поздравление;

сотрудничество, когда иллокутивная цель безразлична по отношению к социальной цели, например: утверждение, сообщение, объявление, инструкция;

конфликт, когда иллокутивная цель находится в конфликте с социальной целью, например: угроза, обвинение, проклятие, упрек. (Leech, 1986, 104)

Дж. Серль показал, что иллокутивные акты с одним и тем же содержанием могут иметь совершенно различные иллокутивные цели. Так произнесение следующих выражений:

. Джон выйдет из комнаты?

. Джон, выйди из комнаты!

. Если Джон выйдет из комнаты, я тоже выйду.

является в первом случае вопросом, во втором — просьбой или приказом, в третьем — гипотетическим выражением намерения.

Дж. Серль также выделил число факторов, которые влияют на формирование интенции говорящего и распознавание ее слушающим. Он заметил, что при идентификации интенции, реализованной в очередном речевом акте, говорящий и слушающий ориентируются на то, что было ими высказано ранее к моменту этого речевого акта. (Серль, 1987,110)

Дж. Серль разграничивает интенцию и Интенциональность (с прописной буквы), отмечая, что намерение сделать что-то является лишь одной из форм Интенциональности наряду с верой, надеждой, страхом, желанием. Это разграничение Дж. Серль реализует в своей классификации иллокутивных актов, учитывая то, что ряд глаголов наряду с обозначением речевого акта, называет и коммуникативную интенцию говорящего. (см. Приложение 1 — таблица Дж. Серля)

Обобщая существующие типологии иллокутивных целей, И.Н. Борисова предлагает следующую классификацию речевых поступков:

. Директивы (выражают попытку адресанта (говорящего, пишущего) побудить адресата к действию или бездействию, повлиять на мировоззрение, установки, эмоции адресата, вызвать в них желаемые изменения): агитация, жалоба-2, заверение, запрет, инструкция, команда, наказ, поручение, подстрекательство, предложение, предписание, приглашение, призыв, приказ, принуждение, просьбы различной степени интенсивности (заклинание, мольба, «настояние», упрашивание, «канючение»), разрешение (позволение), распоряжение, рекламация (требование возместить убытки), рекомендация-2, совет, требование, убеждение, уверение, увещевание, уговаривание, угроза, ультиматум, урезонивание, успокаивание, утешение, ходатайство, шантаж и т.п.

. Комиссией (принятие на себя обязательств): гарантирование, зарок, заявление о намерениях, клятва, обет, обещание, обязательство, ратификация (подтверждение договоренности), отказ выполнить просьбу, отклонение предложения, признание вины, согласие выполнить просьбу, подтверждение намерений, присяга, ручательство, «честное слово» и т.п.

. Экспрессией (ориентированы на самовыражение адресанта и делятся на два подкласса в зависимости от степени социально-этикетной обусловленности экспрессивного проявления в данной ситуации):

А. Эмоционально-личностные экспрессивы — эмотивы: выражают возникающие в ходе общения чувства, эмоциональные оценки и эмоционально окрашенные отношения: радость, печаль, боль, гнев, удовольствие, недовольство, обиду, досаду, удовлетворенность, заинтересованность, безразличие, негодование, возмущение, симпатии и антипатии и др.

Б. Социально-этикетные экспрессивы (регулируют эмоциональные проявления в социально регламентированных этикетных и ритуализованных ситуациях): благодарность, благословение, вокатив (различные формы обращений, например величание, титулование, уменьшительно-ласкательные и презрительно-уничижительные формы), извинение, напутствие, приветствие, прощание, прощение (принятие извинения), поздравление, пожелание, представление (незнакомого лица), соболезнование, сочувствие, тост.

. Вердиктивы (оценки):

А. Валюативы (выражают оценочное мнение и мнение-суждение): возражение (несогласие с мнением), дискутирование (дискуссия*), опровержение, оспаривание (спор), осуждение, отрицание, полемизирование (полемика), порицание, «пререкания», «препирательства», протест, сомнение, выговор, диагноз, жалоба-1 (нытье, причитание, сетование, хныканье), заключение, замечание, издевка (глумление, обзывание), инвектива (брань, ругань, оскорбление, проклятие, хула), интерпретация (оценочный метавывод), иронизирование, колкость, комплимент, лесть, насмешка, обвинение, обличение, оправдание, острота, призыв к стыду и совести, похвала, приговор, покаяние (признание вины), рекламирование-2, рекомендация-1, согласие (присоединение к мнению: одобрение, поддержка, подтверждение, уступка), сожаление, укор, уличение, упрек, характеристика, хвастовство, шутка и т.п.

Б. Суппозитивы (выражают мнение-предположение): догадка, допущение, опасение, предостережение, предположение, предсказание, предупреждение, прогноз, прорицание (пророчество), угадывание и т.п.

. Репрезентативы (оперирование информацией): выдавание секретов и тайн, выяснение, дескриптив (описание предмета, лица, явления), доклад, донос, запрос, заявление, извещение, исповедь, истолкование, комментарий (сопроводительное сообщение о текущих событиях), констатив (констатация наличия, существования факта, явления), коррекция (добавление, поправка, пояснение, уточнение), намек, напоминание, нарратив (рассказывание, повествование), объявление, ответ на вопрос, отчет, признание в чувствах, рапорт, провокация, репродуктив (передача чужой речи посредством зачитывания, пересказа, перефразирования, повтора, цитирования и т.п.), рогатив (запрос информации, уточняющий вопрос и т.п.), сообщение, уведомление, экспликатив (аргументирование, вывод, иллюстрирование, обоснование, объяснение, рассуждение), умолчание.

. Коммуникативные регулятивы (связанные с «организационными» аспектами взаимодействия): речевые поддержки, подтверждения наличия контакта, тематическая инициатива, отказ от темы, мена темы, различные способы передачи и захвата коммуникативной инициативы, асемантические контактивы, заполнители пауз и т.п. (Борисова, 2007, 158-160).

Сравнивая классификацию иллокутивных актов и целей Дж. Серля и И.Н. Борисовой, можно найти некоторые сходные черты.

Таким образом, интенциональность является основополагающей стороной речевого механизма и продуцируемой им речи; коммуникативная интенция представляет конкретную цель высказывания, отражающую потребности и мотивы говорящего, мотивирует речевой акт, лежит в его основе, воплощается в интенциональном смысле, который имеет разнообразные способы языкового выражения в высказываниях. Следовательно, речевые интенции связаны и с задачами коммуникативного оформления высказывания, и со способами максимального эффекта воздействия на адресата речи, т.е. выбора и реализации речевого акта.

коммуникативный речь экстремальный кинотекст

2. Грамматические особенности речи человека, находящегося в экстремальной ситуации (на основе анализа американского кинотекста)

.1 Особенности поведения человека в экстремальной ситуации

В наше время человек может в любой момент оказаться в экстремальной ситуации. В такие условия люди попадают и по своей воле (как профессионалы различных специальных подразделений, врачи, транспортники и т.п.), и вопреки своей воле (жертвы катастроф и стихийных бедствий, лица, подвергшиеся нападению и т.п.).

Поведение человека в экстремальной ситуации складывается из нескольких компонентов: психических, двигательных, волевых, установочных и др.

Среди психологических последствий экстремальных условий на первое место можно поставить нарастание эмоционального компонента в поведении. У ряда лиц понижается способность к самоуправлению, повышается нервно-психическое напряжение, активизируются отрицательные эмоции. Люди в экстремальных условиях легче поддаются влиянию эмоций, им труднее контролировать свое поведение, в том числе и в общении. Появляются чувства отчаяния, страха, безнадежности, гнева. На поведение таких людей становится трудно воздействовать рациональными, разумными доводами и аргументами. Многие переживают ощущения тупиковой ситуации, испытывают дискомфорт, ведут себя безрассудно, апатично, не ищут выход из сложившегося положения; другие наоборот торопятся принять необдуманное решение.

Для личности, находящейся в чрезвычайной ситуации характерны состояния аффекта, стресса и фрустрации. Аффект характеризуется высокой степенью эмоциональных переживаний, которая приводит к мобилизации физических и психологических ресурсов человека. Он сопровождается возбуждением всей психической деятельности. В результате этого у человека происходит снижение контроля над своим поведением. Стресс, как и аффект, имеет такое же сильное и кратковременное эмоциональное переживание. Стресс может оказывать как положительное, так и отрицательное влияние на личность. Одни под влиянием стрессового состояния проявляют полную беспомощность и не в силах противостоять стрессовым воздействиям, другие, наоборот, являются стрессоустойчивыми личностями и лучше всего проявляют себя в моменты опасности и в деятельности, требующие напряжения всех сил. Защитные реакции при фрустрации связаны с появлением агрессивности или уходом от трудной ситуации (перенос действий в воображаемый план), а также возможно снижение сложности поведения (Удовенко, Марков).

Психологическое состояние человека в экстремальных условиях достаточно ярко проявляется в речевом поведении. Например, речь может быть невнятной, торопливой или с длинными паузами, чрезмерно-экспрессивной и эмоциональной. В состоянии стресса или аффекта в такой речи будут проявляться именно некооперативные стратегии (конфликты, ссоры, угрозы, проявление злобы), а также кооперативные стратегии, представляющие различного рода убеждения, сообщения, просьбы, советы, споры или обмен мнениями. Применение данных речевых стратегий обусловлено определенными задачами: убедить слушающего в чем-либо, обсудить сложившуюся проблему, прийти к тому или иному заключению в условиях чрезвычайной обстановки, высказать свое мнение, с помощью эмоционально-экспрессивных средств речи «надавить» на слушающего и многие другие.

Речь человека в экстремальной ситуации, как правило, представляет собой разговорный стиль. Исходя из этого, многие особенности разговорного стиля будут также соответствовать и речи человека в экстремальных условиях.

Рассматривая речевое поведение личности в экстремальной ситуации, А.С. Рубцова выделяет два типа конфликта: конфликт отношений и конфликт ситуаций (Рубцова, 2012, 64). Речь индивидуумов, как при реальной коммуникации, так и представленная в художественной тексте или в художественном кино, в большинстве случаев пронизана диалогическими отношениями. Зачастую, даже при незначительном отклонении, «равновесие» в разговоре нарушается, и коммуникативный акт переходит из режима «получение-обмен информацией» в конфликтную зону, которая с точки зрения языковых особенностей характеризуется морфологическими и синтаксическими отклонениями в речи.

В основе любого художественного кино лежит реальная ситуация. Наиболее частой разновидностью экстремальной ситуации является именно конфликтная ситуация. Причиной ее возникновения может быть как конкретный поступок / действие человека или экстремальное бедствие (невербальные возбудители конфликта), так и определенное речевое поведение, провоцирующее собеседника на открытый конфликтный коммуникативный акт (вербальные возбудители конфликта). Таким образом, конфликт можно рассматривать, во-первых, как конфликт ситуативный (или конфликт ситуаций), который вызван какой-либо внешней причиной или связанной с ситуацией общения, спонтанное столкновение, чаще всего в итоге разрешаемое; во-вторых, как конфликт отношений, который является следствием враждебного отношения личностей друг к другу.

Для выявления грамматических особенностей речи человека, находящегося в экстремальной ситуации, нами был проанализирован кинотекст трех американских художественных фильмов, представляющих различные чрезвычайные ситуации: «Титаник» — гибель легендарного пассажирского лайнера; «Изгой» — крушение самолета в океан, в результате которого главный герой попадает на необитаемый остров; «Комната страха» — хозяева дома оказываются заложниками проникших в дом преступников. В каждом из этих сюжетов, имеющих экстремальный оттенок, речь героев будет иметь свои грамматические особенности и своеобразные языковые отклонения, а также представлять разного рода речевые стратегии.

2.2 Морфологические особенности речи

На основе проделанного, на морфологическом уровне, анализа, для американской устной речи человека, находящегося в экстремальной ситуации характерно обилие сокращенных морфологических форм, таких как he’d, she’s, I’ll, I’d’ve и др. Во многом, это объясняется спонтанным стремлением говорящего к экономичности речи и целью за короткое время донести как можно больше важной информации, которая может сыграть решающую роль в чрезвычайных условиях:

«We‘ll need some insurance first. Come on».

«Whatever we do, we‘ve got to do it fast». («Титаник»)

«He‘ll do something. He‘ll know we’re in trouble».

«She‘s fine, she‘s just like, tired». («Комната страха»)

«He‘s going to get you».‘ve had today’s water. («Изгой»)

Данных примеры представляют собой кооперативные речевые стратегии. В первом примере коммуникативный акт содержит речевую стратегию призыва, что совершенно очевидно для речи людей, находящихся на тонущем лайнере. Во втором примере речь говорящих имеет речевую стратегию увещевания, используемую с целью успокоить собеседника.

В речи человека в экстремальной ситуации может наблюдаться прием грамматического контраста, который заключается в столкновении противопоставленных грамматических форм в пределах одного высказывания (Иссерс, 2011, 132). Это позволяет акцентировать внимание на актуальных для говорящего и его адресата смыслах:

«-Do too much, I’ll die.

Do too little you’ll die»

«No way on. No way off». («Изгой»)

«-That’s your problem.

That’s their problem». («Комната страха)

Показательно и особенно частое использование личных и указательных местоимений. Личные местоимения широко употребительны в экстремальной ситуации из-за постоянной необходимости обозначать участников. Указательные местоимения нужны благодаря свойственной им широте и обобщенности значения. Их конкретизирует жест, и это опять же создает условия для весьма сжатой передачи той или иной информации:

«You can’t do this!».

«That was close».

«I need you to swim!». («Титаник»)

«-Let me finish this so we can get out of here!

You finish. Then we finish». («Комната страха»)

Для речи человека в экстремальных условиях характерно произношение некоторых выражений в редуцированной форме:

«Yes, no, I don’t know, do ‘em all! Strip ’em, expose the ends!»

«Cops woulda been here by now if she called ‘em».

«You gotta wait»

«Are you gonna open the safe?» («Комната страха»)

Может встречаться ненормативное образование глагольных форм:

«That was a close shave, weren’t it?». («Титаник»)

Нередко встречается ненормативное употребление лица глагола в Present Indefinite Tense:

«You stay. Make sure she don’t come out». («Комната страха»)

Конструкции такого рода могут входить в регистр межличностного общения как вполне нормативные варианты грамматических форм, характерные для разговорной речи, поэтому не во всех случаях ненормативное образование глагольных конструкций можно считать особенностями речи именно экстремальной ситуации.

«Oh yeah, oh yeah, oh yeah. Let’s see, I waited two days». («Изгой»)

«Oh, my God. You know, I do believe this ship may sink». («Титаник»)

«Damn! Do it!» («Комната страха»).

Примечательно частое употребление отрицательных конструкций (отрицательной частицы not и наречия never):

«She can’t get out of this house. She can’t even think she can get out of this house.

«I was trying not to tell you…». (некооперативные стратегии — неуверенность, уклончивость ответа)

«We’re never getting out of here»

«I never did anything like this before («Комната страха»)

«- Never let go.

I will never let go».

«You’re going to die an old lady warm in her bed. Not here. Not this night. Not like this». («Титаник») (кооперативные стратегии убеждения)

Употребление отрицательных конструкций придает высказываниям особую категоричность и представляют собой словесную реализацию в экспрессивной форме эмоциональных переживаний. Чаще всего эти конструкции являются отказами, требованиями или обвинениями, реализующими эмоции презрения, страха, испуга, и тем самым представляющие некооперативные речевые стратегии.

Таким образом, большинство рассмотренных морфологических особенностей речи человека в экстремальной ситуации связано с упрощением грамматических форм и сокращением их количества, то есть на морфологическом уровне речь имеет тенденцию к аналитизму, для которой не характерно использование сложных предлогов, союзов, грамматических словообразований, употребление причастий и деепричастий, а замена их более простыми, «экономичными» конструкциями.

2.3 Синтаксический анализ

Синтаксическое своеобразие речи человека в экстремальных ситуациях особенно велико. Прежде всего, оно связано с тем, что коммуникативный акт в таких ситуациях часто используется в тех условиях, когда предмет речи находится перед глазами или же какое-либо событие или действие происходит в данный момент. Невозможность продумывания фраз до их проговаривания и экстремальный характер обстановки общения мешает широко использовать в такой речи развернутые и сложные предложения. Как правило, речь состоит из цепочки коротких сообщений, как бы нанизанных друг на друга.

Таким образом, нами были выявлены следующие синтаксические особенности, характерные для речи человека, находящегося в экстремальной ситуации:

)преобладание простых синтаксических конструкций, при этом связующие элементы могут отсутствовать:

«A crab, it’s a crab. I waited two days. Too tired. I did it».

«- Get up, damn you.

Can’t. Need water». («Изгой»)

«There’s a boat. Come back». («Титаник»)

«-Get us into that room.

I can’t

— You can. You’re full of ideas». («Комната страха»)

)повторы как средство синтаксической связи и актуального членения: — «-That guy Lovejoy put it in my pocket.

I know, I know, I know, I know»

«Wait, wait, wait, wait. Try a couple of practice swings over there» («Титаник»)

«What’d she get, what’d she get, what’d she get…» («Комната страха»)

«Water, water, everywhere, water, water everywhere…

«I did it. I did it». (стратегии самоубеждения)

«You’re not getting it hot enough. Got to hold the heat. Got to hold the heat» («Изгой»)

Такие повторы имеют две основные функции: усиление воздействия на собеседника, как в первых двух примерах (в данном случае проявляются кооперативные стратегии убеждения), и манифестация крайней взволнованности и состояния эмоционального напряжения, как в двух последних.

)использование побудительных восклицательных предложений:

«We need help! Hello!» (кооперативные стратегии призыва и просьбы)

«Stay back, the lot of you! Stay back!» (кооперативные стратегии — требование, приказ)

«You’re going the wrong way!». («Титаник»)

«I GOT THE MONEY, LET’S GO! THEY’RE COMING IN!» («Комната страха»)

«Damn tooth! Damn fish!» («Изгой») (некооперативные стратегии проявления злобы)

В экстремальных конфликтных ситуациях такие предложения представляют собой речевые акты, реализующие просьбу о помощи, приказ, либо являются способом наиболее эффективно донести необходимую информацию, используя кооперативные речевые стратегии, направленные на информативность. Побудительные же предложения являются специализированным средством выражения широкого спектра эмоциональных переживаний и состояния говорящего, а также оказание им эмоционального воздействия на слушающего.

)эллиптические предложения с нулевым сказуемым:

с невыраженным вспомогательным глаголом (в вопросительных предложениях):

«I don’t know what I did, God, but whatever is was, I am really, really sorry. You hear me?» («Изгой»)

«You called the police

«Fell better

«You got an idea?» («Комната страха»)

5)эллипсис глагола-связки:

«She’s gonna handle it. She better». («Комната страха»)

«You quitter you quitter you quitter».

«Wilson, you bad!» («Изгой») (некооперативные стратегии претензии, злобы)

Эллиптические выражения представляют умышленное опущение слов, не несущих смысловой нагрузки и делающих речь более громоздкой. Эллипсис упрощает речь, делает ее емкой и точной, что немаловажно в экстремальной ситуации.

6)предложения с нулевым подлежащим и сказуемым:

«Firewood. I need firewood» («Изгой»)

«We unlocked the gates. Splendid!» («Титаник»)

)парцелляционные, отрывистые фразы:

«Don’t. Say. A word»

«I swear to God, I been on the wrong end of maybe six straight years of bad cards. House. Car. Wife.» («Комната страха»)

«Canteens. Sea anchor. Got to weave rope. Spears. A sail» («Изгой»)

Парцеллированные конструкции детализируют сообщение и в то же время делают его более обозримым, в результате чего усиливается его действенность и возрастает информативность.

8)эллипсис союза that, вводящий дополнительное придаточное предложение:

«I suggest (that) you leave». («Комната страха»)

9)одной из характеристик американской речи в экстремальной ситуации является широкое использование глагола «get» во всем многообразии его значений:

«Get rid of it, we need the room!» (некооперативные стратегии, проявление агрессивного требования)

«Get back in there».

«Can we get out?» («Титаник»)

«Get on the floor!» (кооперативные стратегии требования)

«We’re just getting them to come out for forty-five minutes».

«Got him!» («Комната страха»)

Got to drink. Got to drink something. Got to have shade. («Изгой»)

Несмотря на то, что такое употребление «сжимает» речь, значение и смысл остается понятен слушающему.

Проанализировав данный кинотекст, можно сделать вывод, что синтаксические особенности речевых стратегий человека в экстремальной ситуации проявляется гораздо ярче, чем морфологические, и характеризуется следующими тенденциями:

2)использование эллиптических выражений, часто с опущением сказуемого, вспомогательного глагола, глагола-связки, некоторых служебных частей речи (чаще предлогов или союзов);

)употребление восклицательных (побудительных), вопросительных предложений;

)использование отрывистых фраз, односоставных предложений;

)повторы синтаксических конструкций;

)сохранение прямого порядка слов (инверсии отсутствуют)

)широкая употребительность фразовых глаголов, преимущественно фраз с глаголом «to get».

Заключение

В данной курсовой работе на материале исследователей отечественных и зарубежных авторов, таких как О.С. Иссерс, Э. Берн, А.С. Рубцова, Борисова И.Н., И.Н. Стернин, Дж. Серль, Денисюк Е.В, Leech G.N и ряда других, мы рассмотрели основные теории и виды речевого воздействия, изучили основную классификацию речевых стратегий и раскрыли понятие трансакционного анализа.

На сегодняшний день наука о речевом воздействии имеет важное значение, так как любое использование языка предполагает воздействующий эффект и совместную деятельность коммуникантов, а следовательно механизм речевого воздействия работает практически в любом вербальном коммуникативном акте, наиважнейшими элементами которого и являются различные речевые стратегии.

В своей работе мы попытались проанализировать грамматическую сторону речи человека, находящегося в экстремальной ситуации, и определить основные коммуникативные стратегии, которые будут присущи личности в чрезвычайных условиях, так как именно в речевом поведении человека наиболее ярко отражается его психологическое состояние, конфликтное воздействие внешних проявлений среды или какого-либо субъекта.

Проделанное нами исследование выявило, что речь человека в чрезвычайных ситуациях имеет широкий ряд языковых особенностей и ненормативных употреблений, но больше всего это проявляется на синтаксическом уровне, чем на морфологическом. С точки зрения морфологии, для такой речи характерно лишь сокращение грамматических форм, прием грамматического контраста, произношение фраз в редуцированной форме, частое употребление междометий и отрицательных конструкций. Таким образом, морфологическая сторона речи в экстремальной ситуации «стремится» к упрощению и сжатию речевых форм.

Синтаксическое своеобразие речи проявляется относительно широко. В экстремальной ситуации синтаксис речи человека склонен к экономичности и, тем самым, использованию простых предложений и конструкций, с помощью которых за короткий промежуток времени можно передать основную и ключевую информацию. Экстремальный характер ситуаций мешает использовать сложные и развернутые конструкции, поэтому для речи характерно использование отрывистых фраз, односоставных предложений, опущение некоторых грамматических единиц, таких как союзы и предлоги, эллипсис вспомогательных глаголов, использование восклицательных предложений, повторов и некоторых фразовых глаголов и устойчивых выражений с ними. В целом, речь человека в экстремальной ситуации довольно экспрессивна и насыщена простым и естественным для разговорной речи синтаксисом.

Также, на основе анализа можно сделать вывод, что в коммуникативном акте человека в экстремальной ситуации преобладают кооперативные речевые стратегии, выражающие просьбу, совет, требование, убеждение, самоубеждение или представляющие спор или обмен мнениями; а также некооперативные речевые стратегии, более характерные для стрессовых ситуаций и заключающиеся в своеобразных нарушениях правил речевого общения — различных конфликтах, ссорах, проявлениях злобы, агрессии. Все речевые стратегии, взятые из данного кинотекста представляют собой информативные диалоги и имеют определенный, в некоторых случаях одинаковый результат — речевое воздействие на собеседника с целью убедить его и сообщить необходимые сведения.

Проведенный анализ может иметь важное практическое значение, которое целесообразно использовать в различных сферах психологии, психолингвистики, для выявления некоторых патологий в речи, для оценки реальных чрезвычайных ситуаций, в переговорах с преступниками и других.

Проблема речевых стратегий человека в экстремальной ситуации достаточно широка и актуальна для изучения в настоящее время. Стоит предполагать, что дальнейшие исследования расширят существующие знания в области языковых особенностей различных коммуникативных ситуаций и речевого воздействия. Можно надеяться, что данная проблема не раз привлечет к себе внимание исследователей.

Список литературы

1.Безменова Н.А., Белянин В.П., Богомолова Н.Н. и др. Оптимизация речевого воздействия/ Под общ. ред. Р.Г. Котова — М.: «Наука», 1990. — 240 c.

2.Берн, Э. Игры, в которые играют люди. — Нью-Йорк: «Гров Пресс», 1964. — 73 с.

.Борисова И.Н. Русский разговорный диалог структура и динамика. — М., 2007. — 241 c.

.Денисюк Е.В. Манипулятивное речевое воздействие: коммуникативно-прагматический аспект. — Екатеринбург, 2003 — 200 c.

.Зернецкий В.П. Лингвистические аспекты теории речевой деятельности // Языковые процессы и единицы: Межвуз. сб. научн. тр. — Калинин: КГУ, 1988. — 132 с.

.Иссерс О.С. Речевое воздействие: учебное пособие — М.: Издательство «Флинта», 2011. — 224 c.

.Леонтьев А.А. К психологии речевого воздействия // Материалы четвертого Всесоюзного симпозиума по психолингвистики и теории коммуникации. — М., 1972. — с. 28-41

.Мощева С.В. Речевая интенция: теоретические подходы к исследованию. — Иваново: «Гуманитарные науки», 2011. — 226 c.

.Почепцов Г.Г. Теория коммуникации — М.: «Рефл-бук», 2001. — 651 с.

.Рубцова А.С. Речевое поведение личности в экстремальной ситуации (на материале англоязычной художественной литературы // Вестник Московского государственного гуманитарного университета им. М.А. Шолохова: «Филологические науки». — М., 2012. — с. 64-69

.Серль Дж. Природа интенциональных состояний // Философия, логика, язык. — М., 1987. — С. 96-126.

.Серль Дж. Что такое речевой акт? // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. — М., 1986. С. 181-185.

.Стернин И.А. Введение в речевое воздействие. — Воронеж, 2001. — 227 c.

14.Leech G.N. Principles of pragmatics. — L.; N.Y.: Longman, 1983. — 257 p.