Реформы русской орфографии

Реформы русской орфографии

Департамент образования города Москвы

Государственное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования города Москвы

«Московский городской педагогический университет»

Институт иностранных языков

Кафедра теоретической и прикладной лингвистики

Курсовая работа по теме:

Реформы русской орфографии

Москва, 2013

Введение

В последнее десятилетие в числе излюбленных тем общественного обсуждения оказалась предстоящая "орфографическая реформа". Часто пишут и говорят, путая язык и правописание, о реформе русского языка.

Нынешнее правописание — продукт длительного исторического развития. Правила русского правописания формировались постепенно, в первую очередь под пером писателей-классиков. Знаменательной вехой, обозначившей систематизацию правил письма, стало появление трудов академика Я. К. Грота "Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне" (1873) и "Русское правописание" (1885; 22-е издание — 1916). По "гротовским" правилам учились и до революции, и (с поправками на реформу 1918 года) после нее. В 1956 году вышли в свет официально утвержденные "Правила русской орфографии и пунктуации", сохраняющие свою законную силу до сих пор. Они сыграли свою важную роль, поскольку в них регламентировались многие закономерности современного русского правописания. Но давно уже стало ясно, что эти правила устарели. Прошло почти полвека, за это время развивался сам язык, в нем появилось множество новых слов и конструкций, да и практика письма в ряде случаев стала противоречить сформулированным правилам. Неудивительно, что сам текст правил 1956 года сейчас мало кому известен, ими давно не пользуются, да они фактически и не переиздавались уже около тридцати лет. Их заменили различные справочники по русскому правописанию для работников печати и методические разработки для преподавателей, а в этих изданиях нередко можно найти (как отмечают сами преподаватели, редакторы, корректоры) противоречия.

В этих условиях подготовка нового, современного текста правил русского правописания — задача давно назревшая. Проект такого текста был подготовлен в Институте русского языка им. В. В. Виноградова Российской академии наук. Едва появившись в печати в 2000-м году, проект вызвал неоднозначную реакцию специалистов и общественности, поэтому его осуществление было отложено на неопределенный срок. В связи с этим вопрос о реформировании правил русской орфографии по-прежнему остается одним из наиболее актуальных. Этим и обусловлен выбор темы нашего исследования. Цель нашей работы: рассмотреть проекты реформ русской орфографии. Для достижения цели нам необходимо решить следующие задачи:

Представить краткий обзор реформ русской орфографии со времен Петра Великого до проекта 1964 года.

Рассмотреть основные положения реформы русской орфографии 2000 года.

Работа имеет традиционную структуру и состоит из введения, двух глав и заключения. В конце приводится список использованных источников.

Глава 1. Орфография

. Понятие орфографии ОРФОГРАФИЯ — а) исторически сложившаяся система написаний, которую принимает и которой пользуется общество;

б) правила, обеспечивающие единообразие в тех случаях, где возможны варианты;

в) соблюдение этих правил;

г) часть науки о языке. Основная единица орфографии — ОРФОГРАММА. Орфограмма — это графема (буква), чьё написание потенциально вариативно и в силу этого должно определяться применением особого правила орфографии. Но понятие орфограммы шире, чем графема, поскольку вариативным в письменной речи может быть не только написание буквы, но и, к примеру, пробела между словами, а также специальных знаков — дефис, ударение, апостроф, другие знаки диакритики (в др.-гр., например, знак придыхания). Причём, если буква может быть вариативна, то орфограмма не должна обладать никакой вариативностью, а только — облигаторностью, иначе утрачивается смысл орфографии. Основной единицей орфографии является ОРФОГРАММА. Это соответствующее правилам или традиции написание, которое выбирается из ряда возможных. Это может быть не только буква, но дефис, пробел, место переноса, строчная или прописная. Орфограмма содержится не в каждом слове, не на месте каждого пробела, а лишь где возможна вариантность написаний. Так слово ЕЩЁ можно написать 48 вариантами. Уже отсюда видна значимость орфографической регламентации. Но не каждая вариантность написаний связана с орфографией: *БУДУЮЩИЙ — нарушает не орфографическую, а грамматическую (морфологическую) норму; *ПОДДЕРНУТЫЕ вместо ПОДЁРНУТЫЕ — паронимическое нарушение лексической нормы; *ПРОЗДРАВЛЯЮТ — орфоэпия и т.п. Это ошибки не только письменной, но и устной речи (нелитературное произношение), нарушение системы языка, а не нормы. Отсюда центральное понятие орфографии — НОРМА. Конечно, оно шире собственно орфографии и относится ко всему литературному языку. НОРМА — это вырабатываемые в языке при участии образцовой литературы, культуры и авторитетных личностей единые и обязательные для всех принципы произношения, написания, построения фразы. Орфографическая норма есть специфика письменной речи и составляют единство с орфоэпическими, лексическими, стилистическими, грамматическими нормами. Русская орфография как система правил распадается на 6 разделов:

) правила передачи звуков и фонем буквами в составе слов и морфем;

) правила слитных, дефисных и раздельных написаний;

) правила строчных и прописных букв;

) правила переноса;

) правила графического сокращения слов;

) правила передачи заимствованных наименований ономастики и топонимики. От понятия ОРФОГРАММА перейдём к более общему понятию ПРИНЦИП ОРФОГРАФИИ. Например, ВОДА и ВАДА читаются одинаково, и оба написания на правильность восприятия не влияют. Но одно из них орфографически неправильно: орфографической правильности «всё равно», какое выбрать — нужно лишь, чтобы для всех было одно, единообразное. Как правило, слабые позиции фонем вариативно передаются на письме. В этом случае выбор написания диктуется некой общей идеей. Неким единым подходом. Это мы и назовём ПРИНЦИПОМ ОРФОГРАФИИ — руководящей идеей выбора букв носителем языка, там где звук может быть обозначен вариативно. Следовательно, тогда понятие ОРФОГРАММА может рассматриваться как результат применения принципа орфографии.

. История орфографии и ее принципы построения. Нет смысла говорить об орфографии для первой стадии письма -иероглифической или пиктографической. Ведь при таком письме передается идея, концепт — речь может идти, скорее, о каллиграфии, точном и красивом рисунке. Силлабическое письмо уже ориентировано на орфографию: так в японском языке определённое сочетание букв отменяет гласный, в санскрите тоже. Но истинная роль орфографии проясняется при буквенно-звуковом письме, при котором в идеале каждая фонема, вычленяемая сознанием, должна отображаться отдельной буквой. Но при этом возможны варианты. ВАДНОЙ ИЗ АДДАЛЁННЫХ УЛИЦ МАСКВЫ… (Л.В. Щерба). Видно, что это не современное русское письмо. Значит, наше письмо отражает и некоторые условности, напрямую не связанные с реально звучащим речевым потоком. Теоретически возможны три подхода к передаче звуковой речи. 2.1. Фонетический принцип.

Писать так, «как слышится». Такая орфография построена на фонетическом принципе. В идеале любой язык стремится к фонетическому письму, и все первые типы письма были фонетическими — греческое, латинское, старославянское. Однако по мере развития языка произношение изменяется, а написание, как более традиционное, отстаёт. Возникшее противоречие уже социально осознанно должно регулироваться, как бы возводя принципы регулирования в ранг закона, узаконивая соотношение между буквой и звуком, которое прежде было однозначным и в законе не нуждалось. Если написание приводится снова в соотношение к произношению — это фонетический принцип (сербский язык, отчасти — белорусский язык).

1.1 Традиционный принцип

Обратный случай — когда разрыв сознательно фиксируется. В английской орфографии письмо осталось на уровне времён Чосера (14 век), а произношение, напротив, чрезвычайно быстро меняется. Такой принцип мы назовём традиционным. Он применяется и во французской орфографии. Русская орфография 19 века также тяготела к традиционному принципу, в частности отражая Ъ, Ь, «ять», реально не произносившиеся.

1.2 Морфологический принцип

Современное русское письмо построено на морфологическом принципе. Это некий средний вариант, поскольку правописание расходится с произношением, но лишь в определённых звеньях — оно предсказуемо и регулируется строгими закономерностями. Морфологическое правописание базируется на стремлении осознать структурное членение речи на значимые отрезки (морфемы, слова). Поэтому его цель — установка на единообразное отражение на письме этих отрезков. Это позволяет «схватывать» при чтении и письме не просто фонетическое, но смысловое членение речи, что облегчает понимание смысла. Поэтому точнее было бы назвать этот принцип морфематическим. Поскольку единообразие морфемного состава связано, по МФШ, с единообразным отображением фонемы независимо от её разных фонетических вариантов, МФШ называет этот принцип фонематическим (фонологическим). ВОДА, ВОДЫ, ВОДЯНОЙ — единообразно отображают на письме морфему ВОД- , хотя фонетически они звучат по-разному: ВАД-, ВОД-, ВЪД-. Уже здесь видно удобство морфологического принципа; в противном случае, мы с трудом бы узнавали родственные слова — а значит, не смогли бы увидеть их системную связь и структурное членение. Морфологический принцип применяется и в других славянских языках -украинском, чешском, болгарском, польском. Но реально во всех орфографиях присутствуют все три принципа, причём в разные эпохи их соотношения разные. В том же белорусском — фонетический принцип применяется лишь для гласных. А в сфере согласных отражен морфологический принцип. Поэтому можно говорить лишь о разной мере преимущественного применения одного из них на фоне остальных. Ведущим принципом русской орфографии является морфологический. В его основе лежит необозначение позиционных чередований гласных и согласных на письме, причём не только в корнях, но и в других морфемах. Так, для корней можно отметить такие орфограммы, построенные на морфологическом принципе: 1) безударные гласные в корне; 2) сомнительные согласные в корне; 3) непроизносимые согласные. Для приставок — правописание гласных и согласных в приставках, кроме приставок на 3/С и ПРЕ/ПРИ; двойные согласные на стыке приставки и корня. Для суффиксов — гласные и согласные в суффиксах существительных, прилагательных и причастий — кроме после шипящих и Н/НН; согласные на конце слова. Для окончаний — гласные в падежных окончаниях прилагательных и существительных. Морфологический принцип есть следствие изменения звуковой системы русского слова; в частности, АКАНЬЕ, падение редуцированных. Оно является следствием реального существования в сознании смыслового членения речи на морфемы. Интересно, что когда этимология слова для нас затемнена, мы стремимся писать фонетически, а не морфологически — то есть когда нам не важна смысловая структура слова; ср. ЗДЕСЬ, ГДЕ, ЕСЛИ. Потеря прямой соотнесённости с производящим словом («деэтимологизация») также приводит к переходу от морфологического написания к фонетическому (СВАДЬБА — но СВАТ; ср. МОЛОТЬБА — МОЛОТИТЬ). Труднее дело обстоит с написаниями после шипящих. Видимо, морфологическим является Ы после Ц и И после Ч или Щ в окончаниях, но не И после Ж и Ш. Морфологическим можно признать наличие И в суффиксах после Ж, Ш, Ч, Щ — типа МЕДИЦИНА. ЁТ после Ж и Ш в окончаниях глагола соотносится с ЁТ типа НЕСЁТ (как и в причастиях на ЁНН). Видимо, не попадут сюда ЧА/ЩА и ЧУ/ЩУ, и ЖИ/ШИ в корнях, аналогично с орфограммой О и Е в корнях после шипящих и Ц. Но в русском языке существуют и нарушения морфологического принципа, связанные с деэтимологизацией или иными причинами. Теоретически возможны два типа нарушений — в пользу фонетических написаний и в пользу традиционных написаний.

Глава 2. Реформы русской орфографии

Все согласны с тем, что орфография должна быть стабильной, удобной, непротиворечивой. В случае русского языка проблема улучшения орфографии все еще остается актуальной. И, хотя в течение ХХ века языковая политика, касающаяся русского языка, включала несколько «волн» изменений правописания, проблема не только научной разработки, но и практического комплексного проведения в жизнь орфографических нововведений довольно мало разрабатывалась теоретически.

Вопрос об орфографии в модерных обществах выходит за рамки прикладной лингвистической или образовательной проблемы, поскольку орфография, наряду с флагом и гимном, является символом государственного единства. Недаром самые яркие реформы правописания связаны с изменениями политического строя (в истории России это и петровские преобразования, и реформа 1917 года, обязанная своим проведением сразу двум революциям). В Новое время необходимость унификации письма в образовании и делопроизводстве связана с общей регламентацией деятельности социальных и государственных институтов. Наука (лингвистика) выполняет при этом экспертную и легитимирующую роль в упорядочивающих начинаниях государства («развитие национального языка»); так, уже с XVII века появляются специальные органы кодификации языка — академии или отделения национальных академий наук, которые отвечают за подготовку и издание словарей, грамматик и так далее.

В России на протяжении последних лет (конец 1990-х — начало 2000-х) обсуждался очередной вариант улучшения русской орфографии. Он не был реализован, но до сих пор не снят с обсуждения: после бурных дебатов начала 2000-х и последующего «отката» работа над предложениями вернулась к специалистам. В наступившей паузе появилась возможность рассмотреть различные проекты не только в прагматической плоскости (хотя обычно ретроспективные работы на эту тему появляются, когда вопрос о реформах снова встает на повестку дня[1]). При обсуждении этих нововведений используется два значения понятия «орфографическая реформа». Более узкое, когда реформой называют только значительные изменения правописания (тогда реформой в ХХ веке может считаться лишь проект, принятый в 1917-1918 годах), и более широкое, когда реформой называют любые предложения по изменению уже принятых норм правописания (в этом случае реформой можно назвать и другие проекты). Обычному грамотному носителю языка реформой кажется все то, что меняет привычные написания и правила.

В дальнейших рассуждениях о возможностях и факторах успешной орфографической реформы последовательно будут рассмотрены позиции лингвистов, механизмы выработки и принятия изменений правописания, роль государства и социальных факторов, отношения к реформе разных групп пользователей и прогнозы будущих изменений.

2.1 Дореформенная орфография

Русская дореформенная орфография — орфография русского языка, действовавшая до её реформы в 1918 году и сохранявшаяся позже в эмигрантских изданиях. Началом русской дореформенной орфографии можно считать введение гражданского шрифта при Петре I. Единой общепризнанной нормы дореформенной орфографии (подобной советскому своду 1956 года) не существовало. Правописание последних примерно 50 лет перед революцией 1917 года (1870-е-1910-е годы) было нормировано в большей степени, чем орфография первой трети XIX века и особенно XVIII века. Наиболее авторитетные (хотя и не полностью соблюдавшиеся в выходившей тогда печати) пособия и своды правил по русской дореформенной орфографии связаны с именем академика Якова Карловича Грота. Они относятся именно к последнему стабильному 50-летию существования дореформенной орфографии. До революции русский алфавит насчитывал 35, а не 33 буквы, как сейчас. В него входили: и десятеричное, (ер, еры, ерь) ять, фита, ижица, но не было букв ё и й. Самое интересное, что буква? не была официально упразднена, в декрете о реформе орфографии о ней нет упоминания. «Написания» ё и й лишь формально не входили в алфавит,[4] но употреблялись точно так же, как и сейчас. «Написание» й называлось «и съ краткой». Произношение упразднённых букв и правила употребления упразднённых букв

Буква i читалась как «и».

Буква ѣ читалась как «е».

Буква фита читалась как «ф».

Буква ижица читалась как «и»

Буква ъ на конце слов не читалась.

Таким образом, для звука [ф] имелось две буквы — ф и фита, для звукосочетания [йэ] также имелось две буквы — е и ять, а для звука [и] — три буквы — и, i и ?.

Буква i употреблялась перед гласными (в том числе и перед е, ё, ю, я) и перед й. А также в слове мiръ со значением вселенная, для отличия от слова миръ — покой, тишина. Исключения составляли только слова вида пятиаршинный, семиэтажный

Буква ѣ употреблялась в 128 корнях слов русского языка, а также в нескольких суффиксах и окончаниях.

Чтобы было легче выучить список корней с ѣ, были придуманы стихи с ѣ:

Бѣлый, блѣдный, бѣдный бѣсъ Убѣжалъ голодный въ лѣсъ. Лѣшимъ по лѣсу онъ бѣгалъ, Рѣдькой съ хрѣномъ пообѣдалъ И за горькiй тотъ обѣдъ Далъ обѣтъ надѣлать бѣдъ. Вѣдай, братъ, что клѣть и клѣтка, Рѣшето, рѣшетка, сѣтка, Вѣжа и желѣзо съ ять, — Такъ и надобно писать. Наши вѣки и рѣсницы Защищаютъ глазъ зѣницы, Вѣки жмуритъ цѣлый вѣкъ Ночью каждый человѣкъ… Вѣтеръ вѣтки поломалъ, Нѣмецъ вѣники связалъ, Свѣсилъ вѣрно при промѣнѣ, За двѣ гривны продалъ въ Вѣн?. Днѣпръ и Днѣстръ, какъ всѣмъ извѣстно, Двѣ рѣки въ сосѣдств? тѣсномъ, Дѣлитъ области ихъ Бугъ, Рѣжетъ съ сѣвера на югъ. Кто тамъ гнѣвно свирѣпѣетъ? Крѣпко сѣтовать такъ смѣетъ? Надо мирно споръ рѣшить И другъ друга убѣдить… Птичьи гнѣзда грѣхъ зорить, Грѣхъ напрасно хлѣбъ сорить, Надъ калѣкой грѣхъ смѣяться, Надъ увѣчнымъ издѣваться…

Буква фита употреблялась в словах, пришедших в русский (ранее в церковносл.) напрямую из греческого языка вместо греческой буквы тета. Общеупотребительных слов с этой буквой было немного.

Имена собственные: Агаθья, Аθанасiй, Аθина, Варθоломей, Голiаθъ, Марθа, Матθей, Меθодiй, Пиθагоръ, Iудиθь, θеодор …

Географические названия: Аθины, Аθонъ, Виθлеемъ, Геθсиманiя, Голгоθа, Карθагенъ, Коринθъ, Мараθонъ, Эθiопiя …

Народы (и жители городов): коринθяне, скиθы, эθiопы … Имена нарицательные: анаθема, акаθистъ, апоθеозъ ариθметика, диθирамбъ, орθограθiя, риθма, эθиръ…

Буква ижица употреблялась в слове мYро для его отличия от слов миръ и мiръ, а также, по традиции, ещё в нескольких словах греческого происхождения вместо буквы ипсилон (как и миро, это в основном слова, относящихся к церкви). К началу ХХ века это: ипостась, полиелей, символъ (только в смысле символа веры), синодъ (хотя в словарях — синодъ). Производные слова от с?мволъ и с?нодъ к началу ХХ века не удержали ?: символическiй, синодальный, синодскiй, синодическiй.

Буква ъ писалась на конце слов после согласных и не читалась. В противоположность ь на конце слов, который смягчает согласные звуки. Ещё официально в слове отъэкзаменовать. Встречается в слове сверхъчувственный. В слове съузить Грот предписывал ъ не употреблять. При написании слов через дефис — в привычных общеупотребительных словах ъ сохранялся: изъ-за, контръ-адмиралъ. А при написании заимствованных названий ъ перед дефисом мог опускаться. (Опускать ъ перед дефисом — это пожелание Грота).

Орфография отдельных морфем (приставок, падежных окончаний)

Приставки, оканчивающиеся на -з (из-, воз-, раз-, роз-, низ-) перед последующей с сохраняли з: разсказъ, разсуждать, возсоединить. Приставки без-, через-, чрез- всегда имели на конце -з: безполезный, безкровный, безтактный, безсонница; черезчуръ, чрезполосица.

Вместо окончания -ого писалось -аго: краснаго, чернаго.

Вместо окончания -его писалось -яго: синяго, третьяго.

(После шипящих вместо -его писали не -яго, а -аго: старшаго, павшаго, тощаго).

Окончание -ого употреблялось только в следующих случаях: если ударение падало на него: тако?го, хромо?го. А также в словах: первого, того, этого; самого? (но са?маго).

Вместо окончания творительного падежа -ой было два окончания — основное (полное) -ою и его сокращённый вариант -ой. Можно заметить (но это не правило), что при написании двух и более подряд слов с окончанием -ою, последнее сокращают в -ой: «какою-нибудь глагольною формой». В современной орфографии напротив: -ой является обычным окончанием, а -ою — его вариант. Но сейчас повсеместно употребляется -ой, а -ою можно встретить разве что в стихах.

Вместо окончания -ью было два окончания — основное -iю и его вариант -ью.

В учебнике начала ХХ века (1915 год) можем видеть формы костiю (-ью), тростiю (-ью).

В женском и среднем роде вместо окончаний -ые, -ие употреблялись окончания -ыя, -iя: русскiя п?сни, новыя кресла. Окончания -ые, -iе употреблялись со словами мужского рода: новые столы, хорошiе дома. При перечислении слов женского и среднего рода употреблялось окончание -ыя, -iя: новыя п?сни, кресла и мечты. Для обозначения совокупностей, в которых участвовали существительные мужского рода, употреблялось окончание -ые, -ie: новые журналы, книги и изданiя.

В женском роде вместо «они» писали (в ряде случаев и произносили) «онѣ». (В прочих родах — «они»).

В женском роде также употреблялись слова «однѣ», «однѣхъ», «однѣмъ», «однѣми». (В прочих родах — «одни», «однихъ», «однимъ», «одними»).

Местоимение «её (неё)» в родительном падеже писалось (а в стихах могло и произноситься) как «ея (нея)», но «её (неё)» в винительном падеже: Онъ взялъ ея книгу и отдалъ её ей, Ея Императорское Величество, ея печальныя деревни.

Вместо слова «саму» принято было писать «самоё».[11] Она винила самоё себя. (Употребление слова «самоё» в среднем роде является ошибкой). (Слово «саму» встречается в словаре Даля наряду со словом «самоё», но грамотнее считалось писать «самоё»).

Слово «суть» было формой глагола «есть» во мн. числе. Укропъ, ческокъ и морковь — суть овощи. Это всё суть гипотезы и предположенiя.. Основные гласные звуки въ русскомъ и церковно-славянскомъ языкахъ суть: а, у, и.

Правила переноса слов были немного сложнее, чем современные

Написание и произношение. Сочетание букв ъ и произносилось как ы. (В начале ХХ века перестало употребляться, но встречается в старых книгах). Сочетание букв iе иногда произносилось как е: Iегова, Iерусалимъ (ерус. і иерус.), Iеменъ, iена. Сочетание букв iо иногда произносилось как ё: iотъ, маiоръ, раiонъ. Сочетание букв iу иногда произносилось как ю: Iуди?ь, Iулiанъ (но Iуда — Иуда). Указанные сочетания гласных с буквой i встречаются по большей части в начале слов.[14] Различие в произношении до революции и сейчас — заметно только в двух случаях — Iегова и Iерусалим (последнее слово могло произноситься и так же, как и сейчас). Примечание: в современном русском языке в слове иена первые две гласные мы также произносим одним слогом «jе».

Сокращения слов. В отличие от современной орфографии, при сокращении слов обязательно ставились точки: С. с. — статский советник, д. с. с. — действительный статский советник, т. с. — тайный советник, д. т. с. — действительный тайный советник[15] М. В. Д. — Министерство внутренних дел, Учен. Ком. — Ученый комитет, Мин. Нар. Пр. — Министерство народного просвещения, Акц. Общ. — акционерное общество.

Надстрочные знаки. В дореволюционной орфографии над словом «что» было принято ставить ударение, различая типы слов. Ударением обозначается местоимение «что?» в именительном или винительном падеже для отличия от сходного с ним союза «что»[16]: — Ты знаешь, что? тебе полезно. Ты знаешь, что тебе полезно учение.

Пунктуация. В конце заголовков, в отличие от современной орфографии, ставились точки. С заглавной буквы писались титулы и обращения: «Государь Император», «Медаль в память коронования ИХ ИМПЕРАТОРСКИХ ВЕЛИЧЕСТВ», «ВЫСОЧАЙШЕ утверждено», «Ваше Императорское Величество», «Ваше благородiе».

Примечание. Слово «Государь» — это обращение только к живому императору. В книге ХIХ века могли напечатать «книга посвящена Государю Императору Николаю Павловичу», имеется ввиду, что когда было написано это посвящение — император царствовал. О почивших императорах принято говорить только «Императоръ»: Императоръ Александр III, Императоръ Николай II.

2.2 Реформа Петра

Большая реформа кириллицы была проведена Петром I в 1708-1710 гг. Были отменены некоторые писавшиеся по традиции, но не нужные русскому письму буквы: w (омега), y (пси), x (кси), S (зело). Кроме того, было изменено начертание самих букв — они были приближены по своему виду к латинским. Так появилась новая азбука, которую назвали "гражданицей", поскольку она предназначалась для светских текстов, в отличие от оставшейся без изменения кириллицы для церковно-славянских текстов. Целью реформы было приближение облика русской книги и иных печатных изданий к тому, как выглядели западноевропейские издания того времени, резко отличавшиеся от типично средневековых по виду русских изданий, которые набирались церковнославянским шрифтом — полууставом. В июне 1707 г. Петр I получил из Амстердама пробы шрифта среднего размера, а в сентябре — оттиски пробного набора шрифтами крупного и мелкого размера. В Голландии был приобретён печатный станок и другое типографское оборудование, а также наняты квалифицированные мастера-типографы для работы в России и обучения русских специалистов. 01 января 1708. Петр I подписал указ: "…присланным Галанския земли, города Амстердама, книжного печатного дела мастеровым людем… теми азбуками напечатать книгу Геометрию на руском языке… и иныя гражданския книги печатать темиж новыми азбуками…". Первая книга, набранная новым шрифтом, "Геометриа славенски землемерие" (учебник геометрии), была напечатана в марте 1708 года. После напечатания 25 января 1708 года "Геометрии" и "Приклады како пишутся комплименты разные…" Иван Алексеевич Мусин-Пушкин (1661-1729) просит царя "учинить указ", какие еще книги печатать "новоизданными" литерами, а в конце того же года направляет ему "…азбуку новоисправленных литер". Петр I остался недоволен этими исправлениями и письмом от 4 января 1709 г. предложил сделать ряд новых исправлений. В ответ на это 18 января 1709 г. Мусин-Пушкин пишет царю, что как только исправления в азбуку будут внесены, он вышлет ему исправленный образец, а 4 сентября того же года направляет Петру I образцы новых букв на утверждение. По всей вероятности, это и был последний, известный вариант гражданской азбуки, который 29 января 1710 г. утвержден Петром I. На обороте переплета утвержденного образца азбуки, на свободном месте, Петр I собственноручно написал: "Сими литерами печатать исторические и мануфактурные книги, а которые подчернены, тех в вышеописанных книгах не употреблять". На первой странице азбуки, где напечатаны начальные буквы алфавита, внизу красными чернилами обозначена дата утверждения: "Дано лета Господня 1710 Генваря в 29 день". Азбука имеет заглавие: "Изображение древних и новых письмен славянских печатных и рукописных". Рукописный вариант гражданского шрифта ("гражданское письмо") развивается последним — лишь во второй половине XVIII века. Ранее использовалась скоропись старого московского образца. До 1867 г. гражданица была единственным письмом в мире, кроме латинского, которое распространялось в трех частях света — Европе, Азии и Америке (Аляска). "Петровская, и большевистская реформа орфографии, как и календаря, явились лишь заключительными этапами секуляризации, обмирщения когда-то священной по самой своей сути письменности, которая из орудия общения человека с Богом и тонким миром превратилась в простое орудие повседневной деятельности людей, в том числе и хозяйственной. Ведь чего еще можно ожидать от надписей на заборах, дверях туалетов и на упаковке обычных товаров?".

2.3 Реформа 1917 года

орфография реформа кириллица письмо

В результате реформы 1917-1918 годов из русского письма были исключены буквы «ять», «фита», «I», отменено написание Ъ в конце слов и частей сложных слов, а также изменены некоторые орфографические правила, неразрывно связана с Октябрьской революцией. Первая редакция декрета о введении нового правописания была опубликована в газете «Известия» меньше чем через два месяца после прихода большевиков к власти — 23 декабря 1917 года (5 января 1918 года по новому стилю). Меняется реформа «гражданки» Петра I, и новая реформа направлена к экономии усилий учащихся.

На самом деле реформа языка была подготовлена задолго до октября 1917 года, и не революционерами, а лингвистами. Конечно, не все они были чужды политике, но вот показательный факт: среди разработчиков новой орфографии были люди с крайне правыми (можно сказать, контрреволюционными) взглядами, например академик А.И. Соболевский, известный своим активным участием в деятельности разного рода националистических и монархических организаций. Подготовка к проведению реформы началась в конце XIX века: после выхода в свет трудов Якова Карловича Грота, впервые собравшего вместе все орфографические правила, стала ясна необходимость упорядочения и упрощения русского правописания. Добавить про Грота.

Необходимо отметить, что мысли о неоправданной сложности русского письма приходили в голову некоторым ученым еще в XVIII веке. Так, Академия наук впервые попыталась исключить букву «ижица» из русского алфавита еще в 1735 году, а в 1781 году по инициативе директора Академии наук Сергея Герасимовича Домашнева один раздел «Академических известий» был напечатан без буквы Ъ в конце слов (иными словами, отдельные примеры «большевицкой» орфографии можно было встретить за сто с лишним лет до революции!).

В 1904 году при Отделении русского языка и словесности Академии наук была создана Орфографическая комиссия, перед которой и была поставлена задача упрощения русского письма (прежде всего — в интересах школы). Возглавил комиссию выдающийся русский языковед Филипп Федорович Фортунатов (в 1902 году был избран директором Императорской Академии Наук, переезжает в Петербург и получает академическое жалованье; в 70-е годы XIX века основал кафедру сравнительно-исторического языкознания в МГУ). В состав орфографической комиссии входили также крупнейшие ученые того времени — А.А. Шахматов (возглавивший комиссию в 1914 году, после смерти Ф.Ф. Фортунатова), И.А. Бодуэн де Куртенэ, П.Н. Сакулин и другие.

Результаты дальнейшей работы языковедов оценивало уже Временное правительство. 11 мая (24 мая по новому стилю) 1917 года состоялось совещание с участием членов Орфографической комиссии Академии наук, языковедов, учителей школ, на котором было решено смягчить некоторые положения проекта 1912 года (так, члены комиссии согласились с предложением А.А. Шахматова сохранить мягкий знак на конце слов после шипящих). Реформа была возможна, потому что она касалась только письменного языка. Результатом обсуждения стало «Постановление совещания по вопросу об упрощении русского правописания», которое было утверждено Академией наук. Реформа была нужна, потому что большая части населения была безграмотная или малограмотная. Лингвисты считали, что если дать упрощенный русский язык, то в школах не будет отстающих. Но выяснилось, что отстающие как были, так и остались (Щерба). Ожидания не оправдались, так как усвоение зависит от наличия способностей, не всякого можно чему-то научить, и это норма. Но тогда об этом не знали.

Новая орфография была введена двумя декретами. В первом, подписанном наркомом просвещения А.В. Луначарским и опубликованном 23 декабря 1917 года (5 января 1918 года), «всем правительственным и государственным изданиям» предписывалось с 1 января (ст. ст.) 1918 года «печататься согласно новому правописанию». С нового года (по ст. ст.), первый номер официального органа печати газеты «Газета Временного Рабочего и Крестьянского Правительства» вышел (равно как и последующие) в реформированной орфографии, в точном соответствии с изменениями, предусмотренными в Декрете (в частности, с использованием буквы «ъ» в разделительной функции). Однако, прочая периодическая печать на территории, контролируемой большевиками, продолжала выходить, в основном, в дореформенном исполнении; в частности, официальный орган ВЦИК «Известия» ограничился лишь неиспользованием «ъ», включая и в разделительной функции; так же печатался партийный орган газета «Правда».

Затем последовал второй декрет от 10 октября 1918 года за подписью заместителя наркома М.Н. Покровского и управляющего делами Совета Народных Комиссаров В.Д. Бонч-Бруевича. Уже в октябре 1918 года на новую орфографию перешли официальные органы большевиков — газеты «Известия» и «Правда».

На практике же государственная власть достаточно скоро установила монополию на печатную продукцию и весьма строго следила за исполнением декрета. Частой практикой было изъятие из типографских касс не только букв I, фиты и ятя, но и Ъ. Из-за этого получило широкое распространение написание апострофа как разделительного знака на месте Ъ (подём, адютант), которое стало восприниматься как часть реформы (хотя на самом деле, с точки зрения буквы декрета Совнаркома, такие написания являлись ошибочными). Тем не менее, некоторые научные издания (связанные с публикацией старых произведений и документов; издания, набор которых начался ещё до революции) выходили по старой орфографии (кроме титульного листа и, часто, предисловий) вплоть до 1929 года.

Плюсы реформы.

. Реформа сократила количество орфографических правил, не имевших опоры в произношении, например, различие родов во множественном числе или необходимость заучивания длинного списка слов, пишущихся через «ять» (причём относительно состава этого списка среди лингвистов велись споры, а различные орфографические руководства местами противоречили друг другу). Тут надо посмотреть, че за бред.

. Реформа привела к некоторой экономии при письме и типографском наборе, исключив Ъ на конце слов (по оценкам Л.В. Успенского, текст в новой орфографии становится примерно на 1/30 короче — экономия средств).

. Реформа устранила из русского алфавита пары полностью омофоничных графем (ять и Е, фита и Ф, И и I), приблизив алфавит к реальной фонологической системе русского языка.

Критика реформы.

Пока реформа обсуждалась, относительно неё высказывались различные возражения:

никто не имеет права насильственно производить изменения в системе установившейся орфографии… допустимы только такие изменения, которые происходят незаметно, под влиянием живого примера образцовых писателей;

в реформе нет никакой настоятельной надобности: усвоение правописания затрудняется не столько самим правописанием, сколько плохими методами обучения…;

реформа совершенно неосуществима…:

нужно, чтобы одновременно с проведением реформы орфографии в школе были перепечатаны по-новому все школьные учебники…

далее нужно перепечатать всех классических авторов, Карамзина, Островского, Тургенева и др.;

а десятки и даже сотни тысяч домашних библиотек… составленных нередко на последние гроши в наследство детям? Ведь Пушкин и Гончаров оказались бы этим детям тем же, что нынешним читателям допетровские печати;

необходимо, чтобы весь преподавательский персонал, сразу, с полной готовностью и с полной убежденностью в правоте дела принял единогласно новое правописание и держался его…;

нужно… чтобы бонны, гувернантки, матери, отцы и все лица, дающие детям первоначальное обучение, занялись изучением нового правописания и с готовностью и убежденностью обучали ему…;

нужно, наконец, чтобы все образованное общество встретило реформу орфографии с полным сочувствием. Иначе рознь между обществом и школой окончательно дискредитирует авторитет последней, и школьная орфография покажется самим учащимся коверканием письма…

Отсюда делался вывод:

Всё это заставляет предполагать, что намеченное упрощение правописания целиком, с исключением из алфавита четырех букв, в ближайшем будущем в жизнь не войдет.

Несмотря на то, что реформа разрабатывалась без каких-либо политических целей, из-за того, что ввели ее именно большевики, она получила резко негативную оценку со стороны противников большевизма. Поскольку советская власть в их глазах была нелегитимной, то и изменение орфографии признавать они отказались.

Иван Бунин, бывший не только известнейшим поэтом и писателем, но к тому же и почётным академиком Петербургской Академии наук, говорил так:

Никогда не приму большевистского правописания. Уж хотя бы по одному тому, что никогда человеческая рука не писала ничего подобного тому, что пишется теперь по этому правописанию.

2.4 Хрущевская реформа

Появлению официально принятых свода правил орфографии и пунктуации и орфографического словаря предшествовало семь проектов. В 1951 году комиссия подготовила последнюю редакцию свода, а в академическом Институте языкознания под руководством Сергея Обнорского был составлен большой орфографический словарь. Этот проект широко обсуждался в периодической печати. В результате появились два основных документа: изданные в 1955 году и утвержденные в 1956-м Академией наук, Министерством просвещения РСФСР и Министерством высшего образования «Правила русской орфографии и пунктуации» — первый официально принятый свод правил, обязательный для всех, пишущих по-русски, и «Орфографический словарь русского языка с приложением правил орфографии» 1956 года на 100 тысяч слов, под редакцией Сергея Ожегова и Абрама Шапиро. Свод 1956 года не стал реформой правописания, так как не затронул его основ, но установил нормы русской орфографии и пунктуации. Это первый в истории русского правописания свод четко сформулированных и научно обоснованных правил. При всей его важности этот свод не исчерпал всех возможностей улучшения русского правописания. Свод не был реформой.

Кстати, самих этих «Правил…» давно уже никто не видел. Они очень давно не переиздавались. Вместо них издавались известные пособия по русской орфографии Дитмара Эльяшевича Розенталя и его соавторов, которые как-то развивали положения этих «Правил…» и их трактовали.

2.5 Проект 1964 года

После упорядочения 1956 года стало заметнее, какие улучшения могут быть еще внесены в русскую орфографию. Собственно, проект был посвящен тому, чтобы использовать во всей возможной полноте принцип, который лежит в основе всех изменений русской орфографии в ХХ веке и присутствует в большинстве написаний. В мае 1963 года, по решению президиума Академии наук, была организована новая орфографическая комиссия для ликвидации «противоречий, неоправданных исключений, трудно объяснимых правил» правописания, председателем которой стал директор Института русского языка АН СССР Виктор Виноградов, а заместителями — фактический автор реформы Михаил Панов и Иван Протченко, — своего рода представитель партийных органов в лингвистике. Необычным было то, что в состав комиссии, кроме ученых, учителей и преподавателей вузов, вошли писатели: Корней Чуковский, позже Константин Федин, Леонид Леонов, Александр Твардовский и Михаил Исаковский.

В подготовленный за два года проект вошли многие из разработанных ранее, но не принятых предложений, в частности:

. Оставить один разделительный знак ь: вьюга, адьютант, обьем.

. После ц писать всегда и: цирк, циган, огурци.

. После ж, ч, ш, щ, ц писать под ударением о, без ударения — е: жолтый, желтеть.

. После ж, ш, ч, щ не писать ь: настеж, слышиш, ноч, вещ.

. Отменить двойные согласные в иноязычных словах: тенис, корозия.

. Упростить написание н — нн в причастиях.

. Сочетания с пол — писать всегда через дефис.

. Изъять исключения и писать впредь: жури, брошура, парашут; заенька, паенька, баеньки; достоен, заец, заечий; деревяный, оловяный, стекляный.

В целом предложения были вполне лингвистически обоснованы. Конечно, для своего времени они казались достаточно радикальными. Основная ошибка этой попытки реформирования состояла вот в чем: как только эти предложения были выдвинуты, их широко распубликовали в 1964 году во всех подробностях, в первую очередь в журналах «Русский язык в школе», «Вопросы культуры речи» и в «Учительской газете», но также и в общедоступной газете «Известия». Иными словами, вынесли на всенародное обсуждение. В течение полугода, если не больше, в «Известиях» публиковались отклики — почти все отрицательные. То есть общественность эти предложения не приняла. Это совпало с уходом Н.С. Хрущева, с резким изменением политической конъюнктуры в стране. Так что в скором времени об этой несостоявшейся реформе постарались забыть. И выходило все-таки, что предложения не были лингвистически обоснованными, люди не были подготовлены к таким переменам.

2.6 Реформа 20-х годов

В 1988 году распоряжением отделения литературы и языка Академии наук СССР была воссоздана в новом составе орфографическая комиссия. С конца 2000 года ее председателем стал профессор Владимир Лопатин. Основной задачей комиссии стала подготовка нового свода правил русского правописания, который должен был заменить «Правила русской орфографии и пунктуации» 1956 года. Еще в 1991-м под руководством Лопатина появилось 29-е, исправленное и дополненное, издание «Орфографического словаря русского языка», который до того на протяжении 15 лет не дополнялся и выходил только стереотипными изданиями (последним дополненным было 13-е издание 1974 года). Но уже с самого начала 1990-х была поставлена задача подготовки принципиально нового — и по объему, и по характеру вводимого материала — большого орфографического словаря. Он был опубликован в 1999 году под названием «Русский орфографический словарь» и включил 160 тысяч словарных единиц, превзойдя по объему прежний более чем в полтора раза. Годом позже был выпущен «Проект «Свод правил русского правописания. Орфография. Пунктуация»».

Новый свод был призван регламентировать написания возникшего в языке второй половины ХХ века языкового материала, устранить недостатки, которые обнаружились в своде 1956 года, и привести правописание в соответствие с современным уровнем лингвистики, предлагая не только правила, как было в своде 1956 года, но и научное их обоснование. Новым было и то, что допускалась вариативность некоторых написаний. Вот несколько нововведений:

. Писать без буквы Й перед Е нарицательные имена существительные с компонентом ЕР: конвеер, стаер.

. Писать брошура и парашут, но жюльен, жюри, монтежю, амбушюр, пшют, фишю, шютте, шюцкор.

. Расширить употребление разделительного Ъ перед буквами Е, Ё, Ю, Я: артъярмарка; военъюрист, госъязык, детъясли, инъяз.

. Правило об НН и Н в полных формах страдательных причастий прошедшего времени: для образований от глаголов несовершенного вида принимаются написания с одним Н. Для образований от глаголов совершенного вида сохраняются единые написания с двумя Н[4].

Опасаясь повторения истории с проектом 1964 года, члены орфографической комиссии не сообщали до времени о подробностях, однако не учли того, что общественность в середине 1960-х уже была отчасти подготовлена недавним сводом 1956 года и дискуссией в педагогической периодике. Обсуждение в широкой прессе началось в 2000 году, а поскольку инициировали его неспециалисты, то членам комиссии и рабочей группы пришлось занимать разъяснительно-оборонительную позицию. Эта неблагоприятная для нового проекта дискуссия продолжалась примерно до весны 2002 года. В этой ситуации дирекция Института русского языка уже было решила не подавать на утверждение составленные свод и словарь, и потому комиссия отказалась от самых ярких предложений, оставив преимущественно те, что регламентировали написание новых слов.

В конце концов в 2006 году был опубликован справочник «Правила русской орфографии и пунктуации» под редакцией Владимира Лопатина, который был предложен специалистам для обсуждения, уже без «радикальных» перемен. Таким образом, вопрос изменений в современном правописании еще не закрыт. В 2005 году вышло новое, исправленное и дополненное, издание «Русского орфографического словаря» объемом около 180 тысяч слов. Этот нормативный словарь утвержден Академией наук, в отличие от «Правил», которые должны утверждаться правительством России, и уже является обязательным.

Получается, что реформа снова провалилась по причинам языковой политики. Лингвисты исходили из той модели языковой политики, которая считает письменный язык полностью управляемым на основе некоторых постулатов. Но это язык должен управлять лингвистикой. Управляемой должна быть наука, а не ее объект.

2.7 Позднейшие реформы

При В.В. Путине тоже реформенные идеи провалились, но они проникли в словари: подтвердить или опровергнуть. Реформа осуществляется скрытно путем подготовки словарей, где можно говорить «черное кофе». А эти словари попадают в рекомендованный перечень словарей. Регулирование языка смыкается с регулированием общественного мнения.

Министр образования А.А. Фурсенко вслед за ЕГЭ и хозрасчётной основой школ нанёс очередной удар по русскому образованию — ввёл в действие с 1 сентября Приказ №195 от 08 июня 2009 г. «Об утверждении списка грамматик, словарей и справочников».

Согласно данному приказу, при решении различных спорных вопросов, касающихся использования русского языка в качестве государственного языка Российской Федерации, необходимо пользоваться утверждённым списком грамматик, словарей и справочников.

В настоящий момент в этот список вошли только четыре книги, изданные одним и тем же издательством:

. Орфографический словарь русского языка. Букчина Б.З., Сазонова И.К., Чельцова Л.К.

. Словарь ударений русского языка. Резниченко И.Л.

. Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий. Телия В.Н.

При этом в данный перечень не вошли такие известнейшие и популярнейшие словари под редакциями Лопатина, Даля, Ожегова.

Нововведения. Так, слово «кофе» теперь можно использовать как в мужском, так и в среднем роде. В слове «договОр», ударение теперь можно ставить на первый слог — «дОговор». Слово «бАржа» можно заменять словом «баржА», «йОгурт» теперь равен «йогУрту» и прочий ужас. Вот несколько примеров:

Заключение

При Петре была расширительная реформа, она легко вошла в практику. Не было никаких протестов. Русская графика обогатилась, она получила гражданский вариант. Академики под началом Ф.Ф. Фортунатова задумали реформу, которая отвечала тогдашним лингвистическим законам (младограмматическим). Они обожествляли стихийные изменения в языке, говорили, что устный язык — стихиен. А письменный язык — дополнение, лишь отражение устного языка в письменном. Письменность носила ограниченный характер, только малая часть общества пользовалась письмом. Это была образованная часть, интеллектуальное общество. Эта реформа носила реакционный характер, она была направлена против интеллектуалов. Она бы никогда не прошла, если бы дело не было поставлено на самотек. После войны к власти пришло необразованное или малообразованное меньшинство. Для проведения реформы понадобились война и революция. Только в такой форме можно проводить реформы. Все это подтверждает примат языка над наукой о языке и над лингвистом. Лингвист не имеет права изменять язык (хотя Будэн де Куртенэ считал иначе). Но нужно сказать, что человек имеет право лишь сохранять язык, принимать те изменения, которые происходят в нем стихийно.

Список литературы

1.Гвоздев А.Н. Основы русской орфографии, 4 изд., М., 1954.

2.Щерба Л.В. Основные принципы орфографии и их социальное значение, в его кн.: Избранные работы по русскому языку, М., 1957.

.Убрятова Е.И. Некоторые вопросы графики и орфографии языков народов СССР, пользующихся алфавитами на русской основе, М., 1959.

.Гак В.Г. Французская орфография, М., 1959.

.Эккерт В.К., Немецкая орфография, М., 1960.

.Дмитриев П.А., Сафронов Г.И. Новые правила правописания сербохорватского языка, Л., 1963.

.Иванова В.Ф. Принципы русской орфографии, Л., 1977.

.Кузьмина С.М. Теория русской орфографии, М., 1981.